Андрей Мацко - адвокат, ставящий доказательства и закон превыше всего: «Сфабрикованным делам не место в правосудии»

Андрей Мацко - адвокат и бывший прокурор, обладающий богатым профессиональным опытом, накопленным как в прокуратуре, так и в адвокатуре. Он работал в муниципиальной прокуратуре Кишинева, где занимал должность заместителя начальника отдела судебного преследования и общих расследований.

Впоследствии он продолжил свою деятельность в качестве адвоката, участвуя в сложных делах и судебных разбирательствах, касающихся, в том числе, решений учреждений сферы юстиции. Он также принимал участие в конкурсах на руководящие должности в органах прокуратуры, включая должность руководителя Прокуратуры по борьбе с организованной преступностью и особыми делами.

В профессиональных кругах его ценят за строгость, настойчивость и принципиальное отношение к соблюдению закона и процедур. В приведенном ниже интервью Андрей Мацко рассказывает о своем опыте, о роли доказательств в уголовном деле, независимости профессионалов в сфере юстиции и границах, которые никогда не должны переступаться.

— Господин Мацко, вы познали систему правосудия как изнутри, в качестве прокурора, так и с позиции адвоката. Чему вас научил этот опыт и что, по вашему мнению, является залогом корректного функционирования правосудия?

— Оба этих опыта дали мне возможность увидеть систему с двух разных, но взаимодополняющих точек зрения. Будучи прокурором, я осознал колоссальную ответственность, которую влечет за собой решение о предъявлении обвинения человеку, и важность строгого соблюдения процедур. Будучи адвокатом, я еще глубже понял, насколько важно право каждого человека на защиту и насколько необходимо, чтобы каждое обвинение подкреплялось доказательствами.

По моему мнению, уголовное дело должно начинаться с фактов и доказательств, а не с вывода, который впоследствии нужно обосновать. Эта разница очень важна. Если исходить из гипотезы и искать только элементы, которые ее подтверждают, есть риск упустить именно те доказательства или обстоятельства, которые противоречат обвинению.

Правосудие должно быть о поиске истины, а не о подтверждении заранее заданной версии. А профессионал в сфере права должен обладать достаточной независимостью и честностью, чтобы признать даже то доказательство, которое не играет на руку его собственной позиции.

— В публичном пространстве периодически звучат обвинения в адрес «притянутых за уши», искусственно сконструированных или даже основанных на фальсифицированных доказательствах дел. Насколько опасна подобная практика для системы права?

— Это одна из самых серьезных проблем, которые могут возникнуть в системе правосудия. Когда дело конструируется искусственно, последствия не ограничиваются затрагиваемым лицом. Подрывается доверие к институтам, к прокурорам, к адвокатам и, в конечном счете, ко всей судебной системе.

Уголовное дело не может быть упражнением в юридическом воображении. Если недостаточно доказательств, нельзя восполнить этот недостаток принудительными толкованиями, предположениями или попытками подогнать факты под определенное обвинение.

Истинный профессионал должен быть способен сказать: «Здесь у нас недостаточно доказательств». Это не признак слабости. Напротив, это свидетельство профессионализма.

Не менее важно, чтобы никто не допускал фальсификации доказательств или их получения незаконным путем. Если мы допустим, что цель оправдывает средства, то разрушим саму идею правосудия.

— Люди, знающие вас по профессиональной деятельности, описывают вас как требовательного специалиста, который не идет на легкие компромиссы. Важно ли, чтобы адвокат был «неудобным» для системы?

— Адвокат должен быть «неудобным», когда того требует закон. Если он видит нарушение процедуры и молчит, чтобы никого не беспокоить, значит, он не выполняет свою роль.

Адвокатура предполагает, прежде всего, ответственность. За каждым делом стоит человек, семья, репутация, бизнес или, порой, свобода личности. Нельзя относиться к подобным вещам поверхностно.

По моему мнению, адвокат должен проверять каждое доказательство, каждую процедуру и каждый аргумент. Недостаточно просто иметь мнение. Нужно уметь юридически его обосновать.

Возможно, такой подход заставляет некоторых считать вас неудобным. Но профессия адвоката — это не та сфера, где главной целью должен быть комфорт.

— О вас также ходит мнение, что вы не проиграли ни одного дела, в котором участвовали. Как вы прокомментируете это утверждение?

— Я благодарен тем, кто так отзывается о моей работе, но считаю, что мы должны быть очень осторожны, когда говорим о подобных вещах. Юридическое дело гораздо сложнее, чем простая статистика.

Для адвоката успех означает профессиональное представление интересов клиента, использование всех доступных законных средств и обеспечение соблюдения его прав. Иногда результатом может быть оправдательный приговор. Иногда — исключение доказательства, прекращение производства, изменение юридической квалификации или восстановление права.

Важно, чтобы адвокат не сдавался до тех пор, пока не исчерпает все имеющиеся в его распоряжении аргументы и законные средства.

Профессиональная репутация строится годами труда. Ее нельзя выдумать или получить посредством заявлений. Она подтверждается тем, как вы работаете, и доверием, которое оказывают вам люди.

— Вы неоднократно участвовали в конкурсах на важные должности в системе прокуратуры, в том числе на пост руководителя Прокуратуры по борьбе с организованной преступностью и особыми делами. Что побудило вас выдвинуть свою кандидатуру и как вы видите эти конкурсы?

— Я выдвигал свою кандидатуру, потому что считал, что мой профессиональный опыт и мое видение системы могут быть полезны. Я убежден, что профессионалы должны участвовать в подобных процессах и не оставлять важные институты без людей, обладающих опытом и четким видением.

Конкурс на руководящую должность должен быть реальным, прозрачным и основываться на профессиональных критериях. Это не должна быть процедура, через которую просто утверждают уже неформально выбранного человека.

Правовым институтам нужны независимые и компетентные люди. Если должности начинают занимать исходя из целесообразности, а не профессионализма, последствия рано или поздно скажутся на качестве правосудия.

— Вы также оспаривали в суде определенные решения учреждений сферы юстиции. Насколько важно, чтобы у юриста хватило смелости оспаривать даже решения мощного института?

— Это абсолютно нормально для правового государства. Ни один институт не должен стоять выше закона. То, что решение принято государственным учреждением, не означает, что оно автоматически верно и не может быть оспорено.

Судебные процедуры существуют именно для таких ситуаций. Если вы считаете, что право было нарушено или решение противоречит закону, должна существовать возможность его оспорить.

Для меня независимость правосудия — это не просто фраза из официальных речей. Она начинается с профессиональной независимости каждого человека, работающего в системе. Прокурор должен уметь сказать «нет», когда нет оснований. Судья должен принимать решение в соответствии с законом и доказательствами. А адвокат должен иметь возможность защищать интересы клиента без страха.

— Что бы вы сказали молодым юристам, которые сегодня приходят в профессию и сталкиваются с системой, о которой часто говорят как о сложной и полной давления?

— Постоянно учиться и никогда не забывать, почему они выбрали эту профессию. Право — это не только статьи и процедуры. Это люди и те последствия, которые юридические решения могут иметь для их жизни.

Не идти ни на какие компромиссы со своей профессиональной совестью. Если однажды их попросят поддержать то, что, как они знают, противоречит закону, у них должно хватить смелости сказать «нет».

Возможно, иногда это будет стоить вам многого. Возможно, вы потеряете должность, выгоду или возможность. Но есть вещи, которые, будучи потеряны, уже не могут быть восстановлены. Профессиональная честность — одна из них.

— Опираясь на ваш опыт работы прокурором и адвокатом, верите ли вы в то, что система правосудия в Республике Молдова может стать такой, где закон и доказательства будут иметь решающее значение?

— Да. Иначе я бы не видел смысла в этой профессии. У нас в системе есть очень хорошие люди, есть хорошо подготовленные юристы, и у нас есть возможность построить сильные институты. Но это предполагает четкие правила и, главное, их последовательное применение.

Нам не нужно заново изобретать правосудие. Принципы уже известны: закон должен соблюдаться, доказательства должны быть подлинными и получены законным путем, каждый человек должен пользоваться правом на защиту, а институты должны нести ответственность за свои решения.

В конечном счете, я считаю, что одна вещь должна оставаться предельно ясной: в правовом государстве никто не должен быть осужден за то, что он «вроде бы» сделал. Должны быть доказательства. А если доказательств нет, нельзя построить обвинительный приговор на предположениях.

Правосудие должно быть твердым, когда есть доказанная вина, и столь же твердым, когда обвинение не может быть доказано. По сути, это и есть уважение к закону.